ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

№ 77-2102/2021

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт – Петербург                                                                            8 октября 2021 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Бушта Л.В.,

судей Кротовой Л.В., Цоя А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Деминой Д.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Кибизова К.В. в защиту осужденного Паншина Ю.В. и дополнению к ней защитника Масалева Р.П., кассационному представлению первого заместителя прокурора Республики Карелия Афанасьева А.Е. на приговор Костомукшского городского суда Республики Карелия от 13 ноября 2020 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия от 10 февраля 2021 г. в отношении Паншина Ю.В.

Заслушав доклад судьи Цоя А.А. по обстоятельствам уголовного дела, содержанию судебных решений, принятых по делу, доводам кассационной жалобы с дополнением и кассационного представления, выступления прокурора Пятеренко С.С., защитников адвокатов Кибизова К.В., Масалева Р.П., осужденного Паншина Ю.В. (путем использования систем видеоконференц-связи), потерпевшей ФИО1, представителя потерпевших адвоката Максимова Е.П., судебная коллегия,

установила:

по приговору Костомукшского городского суда Республики Карелия с участием присяжных заседателей от 13 ноября 2020 года, которым

Паншин Ю.В., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

осуждён по ч.1 ст.105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 13 ноября 2020 г. по день вступления приговора в законную силу и время содержания под стражей с 18 марта по 24 июля 2018 г. из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также время содержания под домашним арестом со 2 ноября 2018 г. по 2 февраля 2019 г. из расчёта два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Взыскано с Паншина Ю.В. в пользу ФИО2, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 в счёт компенсации морального вреда по 1500000 рублей каждому, в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме 380 577 рублей. Зачтено в счёт возмещения денежной компенсации морального вреда ФИО1 270 000 рублей.

Арест, наложенный на имущество, принадлежащее Паншину Ю.В. – земельный участок, сохранён до исполнения приговора в части гражданского иска.

Определена судьба вещественных доказательств по делу.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от 10 февраля 2021 г. приговор в отношении Паншина Ю.В. изменен, зачтено в срок наказания время содержания осуждённого Паншина Ю.В. под стражей с 16 октября по 12 ноября 2020 г. из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также время нахождения под домашним арестом со 2 ноября 2018 г. по 2 февраля 2019 г. из расчёта один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В кассационном представлении первый заместитель прокурора Республики Карелия Афанасьев А.Е. ставит вопрос об изменении состоявшихся по делу судебных решений и исключении из описательно-мотивировочной части приговора Костомукшского городского суда Республики Карелия от 13 ноября 2020 г. в отношении Паншина Ю.В. при квалификации его действий указания на «обоюдную драку ФИО5 и Паншина Ю.В. у бара «Ричард», а также неоднократные надавливание рукой потерпевшим ФИО5 на спину Паншина Ю.В. и заведение руки Паншина Ю.В. за спину в квартире последнего», мотивируя тем, что указанные обстоятельства не были установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей.

В кассационной жалобе адвокат ФИО6 в защиту осужденного Паншина Ю.В., не соглашаясь с состоявшимися судебными решениями, считает их незаконными и вынесенными с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, ставит вопрос об изменении приговора и оправдании Паншина Ю.В. по предъявленному ему обвинению либо переквалификации его действий на ст. 108 УК РФ. Отмечает, что проект вопросного листа, предложенный председательствующим судьей, не соответствовал требованиям уголовно-процессуального законодательства, поскольку не позволял присяжным заседателям разграничить умышленное убийство от причинения смерти при превышении пределов необходимой обороны, а также от действий Паншина Ю.В в условиях необходимой обороны. Полагает, что отрицательный ответ на вопрос № 2 свидетельствует об оправдательном вердикте. Ссылается на предвзятость судьи, наличие обвинительного уклона, что выразилось в воспрепятствовании стороне защите в представлении доказательств, в том числе видеозаписи у бара «Ричард». Полагает, что вышестоящим судом при отмене первого приговора, вынесенного в отношении Паншина Ю.В. по настоящему делу, была создана преюдиция обвинительного характера. Приводит доводы о нарушениях со стороны обвинения при предъявлении доказательств, выраженных в неоднократной демонстрации фотографий с места происшествия и ограничении стороны защиты давать пояснения по ним. Ссылается на нарушения при проведении судебных прений. Указывает на то, что судом не приняты во внимание доводы об исключении результатов трасологической экспертизы, в связи с ее проведением в коммерческой организации, а также нарушениями при ее проведении и назначении, кроме того, стороне защиты необоснованно отказано в допросе эксперта ФИО7 Более подробно доводы изложены в жалобе.

В дополнениях к кассационной жалобе защитник Масалев Р.П. ставит вопрос об отмене приговора и апелляционного определения и прекращении производства по уголовному делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей. Приводит анализ вопросов, поставленных перед коллегией присяжных заседателей, со ссылкой на положения ч. 3 ст. 343, ч. 1 ст. 348 УПК РФ, полагает, что с учетом единодушного отрицательного ответа на второй вопрос вердикт коллегии являлся оправдательным, на основании которого судом постановлен обвинительный приговор.

В возражении гособвинитель Семенов Н.Д., приводя свои доводы, просит кассационную жалобу защитника Кибизова К.В. оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы, изложенные в кассационном представлении и кассационной жалобе и дополнении к ней, возражение на жалобу, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу ст. 401.1 УПК РФ при рассмотрении кассационных представлений, жалоб суд кассационной инстанции проверяет законность приговора, постановления или определения суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения, влекущие отмену состоявшихся по делу судебных решений, допущены.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ приговор, определение суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем, приговор в отношении Паншина Ю.В. этому требованию закона не соответствует.

Согласно п. 3 ст. 351 УПК РФ приговор постановляется председательствующим в порядке, установленном главой 39 настоящего Кодекса, с изъятиями, предусмотренными названной статьей.

Закон предусматривает, что в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, постановленного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, помимо квалификации содеянного, мотивов назначения наказания и обоснования решения суда в отношении гражданского иска, должно содержаться описание преступного деяния, в совершении которого подсудимый признан виновным.

Описание преступного деяния включает в себя указание места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления (п. 1 ст. 307 УПК РФ).

Согласно п. 1 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 (ред. от 03.03.2015) «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» при рассмотрении дел об убийстве, являющемся особо тяжким преступлением, за совершение которого возможно назначение самого строгого наказания из предусмотренных ст. 44 УК РФ видов наказаний, суды обязаны неукоснительно выполнять требование закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела; по каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания.

Таким образом, по смыслу уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовных дел, связанных с убийством, установление мотива совершения преступления является обязательным, это одно из фактических обстоятельств дела, доказанность которых подлежит разрешению присяжными заседателями. Впоследствии установленный ими мотив должен быть обязательно указан в приговоре.

В обвинительном приговоре, постановленном с участием присяжных заседателей, суд указал, что мотивом совершения убийства являлись противоправные действия потерпевшего ФИО5, начатые им ранее и продолженные в квартире Паншина Ю.В. 18.03.2018, а именно обоюдная драка ФИО5 и Паншина Ю.В. у бара «Ричард», а также неоднократные надавливания рукой потерпевшим ФИО5 на спину Паншина Ю.В. и заведение руки Паншина Ю.В. за спину в квартире последнего.

Однако, эти факты, как верно указано в кассационном представлении прокурора, вердиктом коллегии присяжных заседателей признаны доказанными не были, вопросы о их доказанности перед присяжными не ставились, тем самым председательствующий, установив эти обстоятельства помимо вердикта коллегии присяжных заседателей, разрешил вопросы, относящиеся к исключительным полномочиям коллегии присяжных заседателей, установленным ч. 1 ст. 334 УПК РФ, что является недопустимым.

В силу ч. 1 ст. 348 УПК РФ основанием для постановления приговора по результатам рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей является вердикт коллегии присяжных заседателей.

По окончании судебного следствия и прений сторон председательствующим сформулированы в письменном виде вопросы для разрешения присяжными заседателями, которые, следуя правилам ч. 8 ст. 339 УПК РФ, должны ставиться в понятных присяжным заседателям формулировках.

Согласно ч. 1 ст. 339 УПК РФ по деянию, в совершении которого обвиняется подсудимый, надлежало поставить три основных вопроса: доказано ли, что деяние мело место; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; виновен ли подсудимый в совершении этого деяния.

Как усматривается из текста вопросного листа, вопросы в нем были сформированы таким образом, что, при ответе на один вопрос отрицательно, присяжные заседатели не имели возможности ответить положительно на другой вопрос в целом.

    Паншину Ю.В. предъявлено обвинение в том, что     в период времени с 02 часов 50 минут до 06 часов 50 минут 18 марта 2018 г. Паншин Ю.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения в помещении <адрес> Республики Карелия, имея умысел на причинение смерти ФИО5, то есть на его убийство, действуя на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе ссоры с      ФИО5, умышленно с силой нанес ему не менее 49 ударов молотком и не менее 30 ударов неустановленным твердым тупым предметом в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей, причинив ФИО5 следующие, телесные повреждения:

    открытую проникающую черепно-мозговую травму: множественные ушибленные раны на волосистой части головы и лице, множественные кровоизлияния в кожно-мышечные лоскуты головы и мягкие ткани лица, множественные многооскольчатые переломы костей свода и основания черепа справа, оскольчатые переломы лицевого черепа справа, разрывы твердой и мягкой мозговых оболочек правого полушария головного мозга, тонкая пластинчатая субдуральная гематома по выпуклой поверхности левого полушария головного мозга (объемом 15 мл), очаговые субарахноидальные кровоизлияния правого и левого полушария головного мозга, множественные кровоизлияния в вещество головного мозга (ушибы) в лобных долях, в правой височной доле, в правой теменной и затылочной долях, осложнившаяся развитием травматического отека головного мозга и дислокационного синдрома, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека и повлекла за собой смерть потерпевшего;

    тупую травму левого плечевого пояса: пять кровоподтеков и две ссадины в области левого плечевого пояса, перелом тела левой лопатки, которая квалифицируется как средний тяжести вред здоровью и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего;

    тупую травму груди: ссадина на задней поверхности грудной клетки справа в проекции восьмого ребра несколько кнаружи от лопаточной линии, неполный перелом правого восьмого ребра, кровоизлияние под пристеночную плевру и в межреберные мышцы в зоне перелома, которая квалифицируется как легкий вред здоровью и не состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего;

    ссадину на лице в правой скуловой области; пять ссадин на лице в области нижнего века левого глаза; кровоподтек и мелкие точечные ссадины на лице в левой скуловой и щечной областях; четыре ссадины в левой скуловой области; две ссадины в области правого плечевого пояса; две ссадины в поясничной области справа и слева; ссадина на границе поясничной и правой ягодичной области; ссадину на животе слева; пять кровоподтеков на правом плече в верхней и средней трети по передней поверхности; кровоподтек и ссадина на правом плече в верхней трети по задней поверхности; ссадина на правом плече в средней трети по наружной поверхности; три кровоподтека на правом плече в нижней трети по передней поверхности; два кровоподтека в области правого локтевого сустава по задней поверхности; кровоподтек и ссадина в области правого локтевого сустава по задней и внутренней поверхности; три кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти в проекции второй-третьей пястных костей; кровоподтек на тыльной поверхности пятого пальца правой кисти; ссадина на левом плече в верхней трети по наружной поверхности; кровоподтек и ссадина на левом плече в средней трети по наружной поверхности; пять кровоподтеков и три ссадины на левом предплечье на границе средней и нижней трети, в нижней трети по передней, наружной и частично задней поверхности; два кровоподтека на тыльной поверхности первого пальца левой кисти; шесть кровоподтеков и три ссадины на тыльной поверхности левой кисти в области второй-четвертой пястных костей; кровоподтек и ушибленная рана на тыльной поверхности левой кисти в области второго пальца; три ссадины на правом бедре в верхней и средней трети по наружной и частично задней поверхности, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего.

В результате указанных насильственных действий Паншина Ю.В. смерть потерпевшего ФИО8 наступила на месте происшествия от открытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием травматического отека головного мозга и дислокационного синдрома.

Действия Паршина квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В первом основном вопросе, на который присяжные заседатели дали единодушный ответ «да, доказано», дано описание события преступления, изложены действия, совершенные в отношении потерпевшего ФИО5, выразившиеся в том, что «в период времени с 02 часов 50 минут до 06 часов 50 минут 18 марта 2018 г. потерпевшему ФИО5 в помещении квартиры. 4275 <адрес> Республики Карелия, было нанесено не менее 49 ударов молотком и не менее 30 ударов неустановленным твёрдым тупым предметом в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей, которыми ФИО5 причинены:

- открытая проникающая черепно-мозговая травма: множественные ушибленные раны на волосистой части головы и лице, множественные кровоизлияния в кожно-мышечные лоскуты головы и мягкие ткани лица, множественные многооскольчатые переломы костей свода и основания черепа справа, оскольчатые переломы лицевого черепа справа, разрывы твёрдой и мягкой мозговых оболочек правого полушария головного мозга, тонкая пластинчатая субдуральная гематома по выпуклой поверхности левого полушария головного мозга (объемом 15 мл), очаговые субарахноидальные кровоизлияния правого и левого полушария головного мозга, множественные кровоизлияния в вещество головного мозга (ушибы) в лобных долях, в правой височной доле, в правой теменной и затылочной долях;

- перелом тела левой лопатки, ссадины и кровоподтеки: на задней поверхности грудной клетки справа; неполный перелом правого восьмого ребра с кровоизлиянием под пристеночную плевру и в межрёберные мышцы в зоне перелома;

- ссадины и кровоподтеки: в области правого плечевого пояса, на лице, поясничной области справа и слева, на границе поясничной и правой ягодичной области, на животе слева, на верхних и нижних конечностях,

а смерть ФИО5 наступила на месте происшествия от открытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием травматического отёка головного мозга и дислокационного синдрома».

    Ответы на второй и третий вопросы о доказанности совершения Паншиным Ю.В. действий, описанных в первом вопросе, даны с существенными противоречиями.

    Так, на второй вопрос о том, что «описанные в вопросе № 1 действия, признанные доказанными, из возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к ранее знакомому ему потерпевшему, совершил Паншин Ю.В., находившийся в состоянии алкогольного опьянения» – присяжные заседатели дали единодушный ответ, что «нет, не доказано».

При ответе на третий вопрос присяжные единодушно признали доказанным, что «описанные в вопросе № 1 признанные доказанными действия совершил Паншин Ю.В., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, в ответ на действия потерпевшего ФИО5, который уронил его на пол и стал сдавливать рукой шею Паншина Ю.В.».

Ответы на второй и третий вопросы свидетельствуют о противоречивости и неясности вердикта, поскольку относительно одних и тех же действий даны противоречивые ответы.

Согласно протоколу судебного заседания, 14 октября 2020 г. в 16 часов 33 минуты присяжные заседатели из совещательной комнаты вошли в зал судебного заседания, где старшина передал вопросный лист с внесенными на него ответами председательствующему.

Председательствующий указал на неясность по ответу на вопрос, предложил объявить перерыв и перейти к обсуждению данного вопросного листа на следующий день, то есть 15 октября 2020 г.

После перерыва председательствующий предложил присяжным заседателям вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист, однако в связи с тем, что неясность и непротиворечивость не устранена, председательствующий судья, вновь удалив присяжных в совещательную комнату, с участниками процесса обсудил вопрос о необходимости постановки дополнительного вопроса.

На постановленный дополнительный вопрос без номера коллегия присяжных заседателей дала большинством голосов утвердительный ответ – «да, доказано», что «описанные в вопросе № 1 действия, признанные доказанными, совершил Паншин Ю.В., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, в ответ на действия ФИО5, начатые им ранее и продолженные в квартире Паншина Ю.В. 18.03.2018».

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005 № 23 (ред. от 15.05.2018) «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей», в предусмотренных частью 1 статьи 344 УПК РФ случаях, когда во время совещания у коллегии присяжных заседателей возникла необходимость в получении от председательствующего дополнительных разъяснений по поставленным вопросам, председательствующий в присутствии сторон дает такие разъяснения. Председательствующий с учетом мнения сторон и с соблюдением требований статьи 338 УПК РФ может внести уточнения в поставленные перед коллегией присяжных заседателей вопросы либо дополнить вопросный лист новыми вопросами. В этом случае председательствующий перед удалением присяжных заседателей в совещательную комнату произносит краткое напутственное слово по поводу изменений в вопросном листе. Если в связи с возникшими у присяжных заседателей сомнениями по поводу каких-либо фактических обстоятельств уголовного дела, имеющих существенное значение для ответов на поставленные вопросы и требующих дополнительного исследования (часть 5 статьи 344 УПК РФ), председательствующий с учетом мнения сторон возобновляет судебное следствие, то в соответствии с положениями части 1 статьи 338 и части 6 статьи 344 УПК РФ он по завершении следствия выслушивает в прениях речи и реплики сторон по вновь исследованным обстоятельствам, последнее слово подсудимого, после чего также может внести уточнения в поставленные вопросы либо дополнить вопросный лист новыми вопросами. Во всех случаях, когда председательствующий приходит к выводу о необходимости внести уточнения в поставленные вопросы либо сформулировать новые вопросы, им составляется новый вопросный лист, а ранее составленный вопросный лист признается недействительным и приобщается к делу. Обсуждение вопросного листа присяжными заседателями в таком случае начинается заново, продолжают обсуждение поставленных перед ними вопросов.

Между тем, из материалов уголовного дела следует, что нового вопросного листа составлено не было. Вопросный лист с ответами на пять первых вопросов старшиной присяжных заседателей и председательствующим судьей подписаны 14 октября 2020 г.

15 октября 2020 г. первые пять вопросов, несмотря на имеющиеся в ранее данных на них ответах противоречия и неясности, присяжными заседателями не обсуждались. Ответ на дополнительный вопрос дан присяжными и подписан старшиной и председательствующим – 15 октября 2020 г.

Ответив на дополнительный вопрос, в котором, кроме того, действия потерпевшего ФИО5 не конкретизированы, их характер в вопросе не указан, – имеющиеся противоречия устранены не были.

Таким образом, вердикт коллегии присяжных заседателей содержит неясности и противоречия, которые подлежали разрешению по правилам ч. 2     ст. 345 УПК РФ, но разрешены не были.

В соответствии с ч. 2 ст. 345 УПК РФ при наличии таких существенных неясностей или противоречий в вердикте председательствующий был обязан после выслушивания мнений сторон внести в вопросный лист дополнительные вопросы с целью устранения неясностей.

Вопреки приведенной норме права, при наличии вышеуказанных неясностей и противоречий в вердикте, председательствующий не устранил их путем формулировки новых вопросов, а признал его ясным и непротиворечивым и, несмотря на имеющиеся противоречия, в том числе в дате вынесения вердикта, постановил приговор, тем самым допустил нарушения требований уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах по делу нарушены требования уголовно-процессуального закона, выразившиеся в нарушении требований к вопросному листу как единому документу, неустранение противоречий и неясности вердикта, невыяснении фактических обстоятельств, связанных с мотивами действий подсудимого, путем постановки перед присяжными заседателями соответствующих частных вопросов, а также разрешение председательствующим вопросов, которые подлежали разрешению коллегией присяжных заседателей.

Указанные нарушения являются существенными, повлиявшими на исход дела.

Суд апелляционной инстанции допущенные нарушение закона оставил без внимания, не устранил, а потому апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия от 10 февраля 2021 г. в отношении Паншина Ю.В. требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ не отвечает.

Таким образом, доводы кассационного представления первого заместителя прокурора Республики Карелия Афанасьева А.Е., доводы кассационной жалобы защитника Кибизова К.В., и дополнения к ней защитника Масалева Р.П. в вышеуказанной части являются состоятельными.

В этой связи состоявшиеся по делу приговор Костомукшского городского суда Республики Карелия от 13 ноября 2020 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия от 10 февраля 2021 г. в отношении Паншина Ю.В. подлежат отмене, уголовное дело передаче на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

При новом судебном разбирательстве следует учесть изложенное, создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, в соответствии с положениями ст. ст. 338, 339 УПК РФ составить вопросный лист и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение, а также учесть иные доводы, изложенные в кассационном представлении прокурора и кассационной жалобе и дополнении к ней защитников.

В связи с тем, что органом предварительного расследования Паншин Ю.В. обвиняется в совершении умышленного преступления, относящегося к категории особо тяжких, и с учетом этого наличием оснований полагать, что он может скрыться и воспрепятствовать производству по делу путем оказания давления на потерпевших и свидетелей, сведения о которых ему известны, принимая во внимание данные о личности осужденного, в целях рассмотрения уголовного дела в разумный срок, руководствуясь положениями ст. 97, 99, 108, 255 УПК РФ, судебная коллегия полагает необходимым избрать в отношении Паншина Ю.В. меру пресечения в виде заключения под стражу на два месяца.

Руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 401.14, ч. 1 ст. 401.15, ст. 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

кассационную жалобу защитника Кибизова К.В. и дополнение к ней защитника Масалева Р.П., кассационное представление первого заместителя прокурора Республики Карелия Афанасьева А.Е. удовлетворить частично.

Приговор Костомукшского городского суда Республики Карелия от 13 ноября 2020 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия от 10 февраля 2021 г. в отношении Паншин Ю.В. отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Избрать в отношении Паншин Ю.В., родившегося 27 марта 1971 года в г. Омске, меру пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть по 7 декабря 2021 г.

Председательствующий                        Л.В. Бушта

Судьи                                    Л.В. Кротова

                                        А.А. Цой