ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

дело № 77-1563/2025

        КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

     г. Санкт-Петербург                                                                12 августа 2025 года

        Судебная коллегия по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе

        председательствующего судьи Ваганова А.Б.,

        судей Снегирёва Е.А., Гутеневой Е.Н.

                   при секретаре Дьяченко Д.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Синелобова Д.О. в интересах осужденного Н.А.., на приговор Псковского городского суда Псковской области от 27 августа 2024 года и апелляционное определение Псковского областного суда от 19 ноября 2024 года.

Заслушав доклад судьи Гутеневой Е.Н., о содержании вынесенных в отношении Н.А., судебных решений и доводах, приведенных в кассационной жалобе и возражениях на нее, выслушав выступления осужденного Н.А.., и его защитника адвоката Синелобова Д.О., поддержавших кассационную жалобу, а также выслушав выступление прокурора Маяковой С.В., предложившей приговор и апелляционное определение по уголовному делу оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката без удовлетворения, судебная коллегия

        установила:

по приговору Псковского городского суда Псковской области от 27 августа 2024 года

Н.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 199.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 18 марта 2023 года № 78-ФЗ), с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 250 000 рублей в доход государства.

    В приговоре разрешены вопросы по арестованному имуществу и вещественным доказательствам.

           Приговором Н.А. признан виновным в сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, совершенное в особо крупном размере.

Преступление совершено в г. Пскове Псковской области при обстоятельства, подробно изложенных в приговоре.

Апелляционным определением Псковского областного суда от 19 ноября 2024 года приговор Псковского городского суда Псковской области от 27 августа 2024 года в отношении Н.А. оставлен без изменения.

В кассационной жалобе адвокат Синелобов Д.О., в защиту интересов своего подзащитного Н.А.., указывает о допущенных судами существенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального законов. Оспаривает по допустимости заключения судебных экспертиз ввиду не устранения судом имеющихся противоречий в части периодов и сумм выставленных инкассовых поручений и сокрытых денежных средств. Обращает внимание, что несмотря на указание в апелляционном постановлении Псковского областного суда от 17 марта 2022 года, в сумму оплаченных <данные изъяты> через третьих лиц снова включены платежи в счет погашения налоговой задолженности, что ухудшает положение осужденного и необоснованно увеличивает объем обвинения в части сумм, якобы сокрытых от принудительного взыскания. Считает недопустимым доказательством заключение эксперта № от 30 мая 2024 года, поскольку сумма якобы скрытых Н.А.., денежных средств посчитана экспертом путем сложения сумм из распределительных писем, при этом не установлена фактически оплаченная сумма и не исключены платежи в <данные изъяты> Утверждает, что сумма сокрытых денежных средств (211 373 761, 96 рублей) определена неверно, в подсчете суммы допущены юридические, методологические и математические ошибки, сумма инкассовой задолженности предприятия в период с 13 сентября 2018 года по 12 февраля 2019 года завышена на 9 512 864 рублей, что является существенным. Судом первой и апелляционной инстанцией не верно определен период совершения инкриминируемого деяния. Полагает, что экспертное заключение № от 27 октября 2024 года соответствует законодательству, выполнено профессиональным экспертом и согласуется с данными <данные изъяты> и выводы суда о не относимости данного доказательства необоснованны. Не было установлено судами, какая сумма налогов и страховых взносов за инкриминируемый его подзащитному период, была уплачена, что привело бы к уменьшению доли неуплаченных налоговых платежей. Утверждает, что указанным им как в ходе судебного следствия, так и в суде апелляционной инстанции обстоятельствам влияющим на квалификацию действий осужденного и объем обвинения, не было дано какой-либо судебной оценки, что свидетельствует о наличии по данному делу существенных противоречий относительно размера якобы сокрытых денежных средств, влияющих на вопрос об уголовной ответственности, что не было устранено судами. Считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в отношении состояния длящейся реорганизации, присоединение <данные изъяты> к <данные изъяты>, не соответствуют фактическим обстоятельствам, при этом автор жалобы, приводит подробный анализ своим доводам со ссылками на статьи гражданского и налогового кодекса, делая вывод об отсутствии в действиях своего подзащитного Н.А. состава преступления. Так же считает, не состоятельной ссылку обвинения на отмену распоряжения <данные изъяты> от 23 мая 2017 года № <данные изъяты>, распоряжением 3 августа 2018 №, поскольку поручений в адрес его подзащитного данное распоряжение не содержит и юридических последствий не образует. Не соответствует фактическим установленным в судебном заседании обстоятельствам и вывод судов относительно наличия возможности <данные изъяты> оплаты налоговой задолженности. Считает, что судами незаконно отказано в применении положений ст. 39 УК РФ в отношении Н.А.., полагает, что именно в результате его действий удалось избежать чрезвычайной ситуации на территории Псковской области, при этом превышение пределов крайней необходимости им допущено не было. Утверждает об отсутствии мотива совершения инкриминируемого преступления. В период исполнения Н.А., обязанностей генерального директора, предприятие закрыло долг по инкассовым поручениям на 98.9 %. На момент возбуждения уголовного дела у <данные изъяты> полностью отсутствовала задолженность по налогам и сборам, исполнительное производство также отсутствовало. Считает, что объективных, реальных и достаточных доказательств, подтверждающих вину его подзащитного, не представлено. Просит отменить приговор и апелляционное определение и прекратить производство по делу в связи с наличием в действиях Н.А. крайней необходимости (ст. 39 УК РФ).

В возражениях на кассационную жалобу помощник прокурора Псковской области Алексеева И.В. приводит доводы о необоснованности жалобы адвоката и просит отказать в её удовлетворении.

                    Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, письменные возражения прокурора, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход данного дела, судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Приговор в отношении Н.А.., соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ, является законным, обоснованным и справедливым, постановлен в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости и допустимости, а в совокупности они были признаны достаточными для рассмотрения дела.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, виновность Н.А. в содеянном, форма вины, мотив, способ и дата совершения преступления судом установлены с приведением в приговоре оснований принятого решения.

Несмотря на изложенную в кассационной жалобе позицию о невиновности и необоснованности осуждения Н.А.., вывод суда о его виновности в сокрытие денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, в особо крупном размере, основан на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правильная оценка которым даны в приговоре.

Вопреки доводам кассационной жалобы, сводящимся к переоценке выводов суда об оценке доказательств по делу, судом верно установлено, что Н.А.., являясь и.о. генерального директора <данные изъяты> в период с 13 сентября 2018 до 12 июля 2019, выполняя управленческие и административно-хозяйственные функции, будучи достоверно осведомленнным о наличии у предприятия задолженности по налогам и страховым взносам в сумме 216 050 310 рублей 83 копейки, о также неоднократных требованиях налогового органа по уплате недоимки по налогам и страховым взносам, истечении срока уплаты указанной задолженности, решениях о выставлении инкассовых поручений на расчетный счет <данные изъяты> для обращения бесспорного взыскания недоимки, а также решений о приостановлении операций по счетам, имея реальную возможность погасить указанную задолженность, из денежных средств, получаемых от деятельности предприятия, не исполнил обязанность по уплате налогов и страховых взносов, сокрыл от налоговых органов денежные средства предприятия в особо крупном размере на общую сумму 211373761 рублей 96 копеек, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам и страховым взносам путем осуществления безналичных расчетов через счета третьих лиц, а именно <данные изъяты>, минуя направление денежных средств на расчетные счета <данные изъяты>, лишив тем самым государственные органы возможности произвести принудительное взыскание задолженности.

Все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом по данному уголовному делу были выполнены.

Совершение Н.А. вменяемого ему в вину преступления, его обстоятельства, виновность осужденного подтверждаются, в частности, показаниями свидетелей ФИО38 заключениями экономических экспертиз, и показаниями эксперта ФИО39, заключением почерковедческой экспертизы, протоколами осмотра документов <данные изъяты>, письмами и требованиями <данные изъяты> и другими доказательствами подробно приведенными в приговоре.

Каких-либо конкретных объективных данных, свидетельствующих о том, что в ходе производства по делу использовались незаконные методы собирания и исследования доказательств, которые были положены в основу приговора, ни в материалах уголовного дела, ни в кассационной жалобе адвоката не содержится.

При этом судом в приговоре существо показаний свидетелей изложено в той мере, в какой оно имеет значение для дела, искажения смысла показаний допрошенных по делу лиц, судом не допущено. Кроме того, существенных противоречий эти показания не содержат, они последовательны, согласуются между собой и с иными доказательствами по делу, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно положил указанные доказательства в основу обвинительного приговора.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе требований ст. 240 УПК РФ при исследовании доказательств, влекущих отмену состоявшихся судебных решений, не имеется, поскольку судом была исследована достаточная совокупность доказательств, для вывода о виновности осужденного.

Все собранные по делу доказательства оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и обоснованно в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Оснований для несогласия с произведенной судом в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ оценкой доказательств и в правильности сделанных на основе этой оценки выводов, изложенных в приговоре, не имеется.

Судом проверены в полном объеме доводы стороны защиты о невиновности Н.А.., как опровергающиеся совокупностью исследованных доказательств. Тот факт, что оценка доказательств, содержащаяся в судебных решениях, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судами требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием к их отмене или изменению. Какие-либо не устраненные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу Н.А. которые могли повлиять на доказанность вины, по делу отсутствуют.

Как верно указал, суд в приговоре, оспариваемое стороной защиты заключение эксперта от 30 мая 2024 года сомнений в достоверности не вызывает, поскольку проведено компетентным экспертом, имеющими стаж работы и подготовку, соответствующие требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", с применением надлежащих методик, с соблюдением положений уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок назначения и проведения судебной экспертизы.

Каких-либо нарушений закона, которые бы могли повлечь признание заключение экспертов недопустимым доказательством, в том числе и по доводам указанным в кассационной жалобе, в материалах дела не содержится.

В суде эксперт ФИО42, подтвердила, что <данные изъяты> принял выручку от <данные изъяты>, за 2018 год в размере 439 994 770 рублей, за 2019 год в размере 16 136 550 рублей, что свидетельствовало о реальной финансовой возможности выплаты налогов и страховых взносов.

Обоснованно судом признано не относимым доказательством заключение эксперта от 27 октября 2023 года, поскольку оно не соответствует требованиям ст. 16 Федерального закона от 31 мая 2001 года 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», его выводы не основаны на полном исследовании всех представленных на экспертизу документов, экспертиза проведена не в полном объеме.

Доводы стороны защиты о том, что Н.А. действовал в условиях крайней необходимости и не подлежит уголовной ответственности, поскольку его действия по направлению распорядительных писем были обусловлены необходимостью продолжения функционирования предприятия <данные изъяты>, являющегося системообразующим, стратегическим и социально значимым, и стремлением избежать возникновения чрезвычайной ситуации в регионе, обоснованно признаны судом несостоятельными.

Как установлено судом, действия осужденного не были направлены на устранение опасности, угрожающей интересам общества и государства, то есть на предотвращение экологических или техногенных катастроф, а были направлены на соблюдение коммерческого интереса <данные изъяты> который не может быть более значимым, нежели интересы общества и государства.

Вопреки доводам защиты, распоряжения <данные изъяты> от 3 апреля 2020 № № <данные изъяты> на момент совершения инкриминируемых осужденному действий не имелось.

Процесс реорганизации юридических лиц <данные изъяты>, вопреки доводам жалобы, не может быть принят во внимание, поскольку в соответствии с положениями ст. 57 ГК РФ, ст. 16 ФЗ от 8 августа 2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридически лиц и индивидуальных предпринимателей», п. 8.3 Устава <данные изъяты> данный процесс реорганизации завершен не был, что установлено судом из показаний свидетелей ФИО45, письма от 10 сентября 2018 года <данные изъяты> При этом передаточный акт не содержит сведений о переходе работников из <данные изъяты> в <данные изъяты>.

Содержание кассационной жалобы адвоката Синелобова Д.О., сводится к изложению собственной оценки доказательств по делу, представляющейся ему правильной и являющейся, по существу, процессуальной позицией защиты. Вместе с тем, суд кассационной инстанции в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, не исследует обстоятельства и не оценивает какие-либо доказательства, а исходит из признанных, установленными судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств дела, проверяя в процессе кассационного производства лишь правильность применения и толкования нижестоящими судебными инстанциями норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о недоказанности вины осужденного в совершении преступления, отсутствии состава преступления, неправильном установлении фактических обстоятельств дела и неверной оценки доказательств, противоречат приведенным в приговоре доказательствам и на материалах дела не основаны.

Фактические обстоятельства дела указывают на то, что судом правильно установлены обстоятельства преступления, совершенного Н.А., и его действия, квалифицированы верно по ч. 2 ст. 199.2 УК РФ, (в редакции Федерального закона от 18 марта 2023 года № 78-ФЗ).

Уплата недоимки по налогам и страховым взносам, о чем указывается защитником, не исключает виновности Н.А. поскольку данное преступление является оконченным после истечения срока, установленного в требовании об уплате налога, страхового взноса и с момента совершения действий по сокрытию денежных средств.

Размер недоимки по налогам и страховым взносам в сумме 216 050 310 рублей 83 копейки, а также размер сокрытых подсудимым денежных средств <данные изъяты> в сумме 211 373 761 рублей 96 копеек, в силу примечания к ст. 170.2 УК РФ, обоснованно признан особо крупным и установлен с учетом проведённых экспертиз, в связи с чем, оснований считать его неверно установленным, как об этом указывается в жалобе, не имеется.

Вопреки доводам кассационной жалобы, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, в рамках требований ст. 252 УПК РФ, все сомнения в обстоятельствах инкриминированных осужденному преступлений, на которые указано в его жалобе, судом проверены и оценены в соответствии с требованиями УПК РФ. Участникам судебного разбирательства судом были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и исполнения ими процессуальных обязанностей. Отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты в ходе судебного разбирательства ходатайств, при соблюдении процедуры их разрешения, не свидетельствует о нарушении судом уголовно-процессуального закона, в том числе право на защиту Н.А.

Назначенное осужденному Н.А. наказание, соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ.

При определении вида и размера наказания суд учел все значимые обстоятельства по делу, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного Н.А., наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, суд признал исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности содеянного, что позволило ему при назначении осужденному наказания применить положений ст. 64 УК РФ.

Выводы суда о необходимости назначения Н.А. наказания в виде штрафа судом мотивированы должным образом. Назначенное наказание соответствует критерию справедливости.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст. 389.9 УПК РФ проверил законность, обоснованность и справедливость приговора и вопреки доводам, изложенным в кассационной жалобе, дал надлежащую оценку всем изложенным в апелляционной жалобе доводам, в том числе аналогичным тем, что содержатся в настоящей жалобе, и признал их несостоятельными, изложив в определении мотивы принятого решения согласно требованиям ст. 389.28 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, повлиявших на исход дела, и которые в силу ст. 401.15 УПК РФ являлись бы основаниями для отмены либо изменения в кассационном порядке постановленных судебных решений, по делу не допущено, в связи с чем, кассационная жалоба адвоката Синелобова Д.О. в интересах осужденного удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Псковского городского суда Псковской области от 27 августа 2024 года и апелляционное определение Псковского областного суда от 19 ноября 2024 года в отношении Н.А. оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката Синелобова Д.О. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи