ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

    рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью "Строй-Импульс" о взыскании неосновательного обогащения, процентов, расходов по уплате государственной пошлины

    по кассационной жалобе ФИО1 на решение Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга от 30 января 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10 декабря 2024 года.

Заслушав доклад судьи Осиповой Е.М., объяснения ФИО1, представителя ФИО1 ФИО5, действующего на основании доверенности от 23.05.2023, поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения представителя общества с ограниченной ответственностью "Строй-Импульс" адвоката ФИО6, действующего на основании ордера от 15.04.2025, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции,

установила:

ФИО1 обратилась в Петроградский районный суд г. Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ООО «Строй-Импульс» о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 500 000 руб., неустойку, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию до момента фактического исполнения обязательства, расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 700 рублей.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что согласно квитанциям к приходно-кассовым ордерам № 3 от 25.11.2021 и от 30.12.2021    ФИО1 передала ответчику денежные средства в размере              2 250 000 рублей и 250 000 рублей в счет оплаты по договору купли-продажи машино-места от 18.10.2021, однако, до настоящего времени договор купли-продажи между сторонами не заключен, машино-место не передано. 17.04.2023    в адрес ответчика направлена досудебная претензия                         о возврате суммы неосновательного обогащения в размере 2 500 000 рублей, ответчик уклонился от ответа на данную претензию.

Решением Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга от 30 января 2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10 декабря 2024 года, удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе заявитель, повторяя доводы апелляционной жалобы, оспаривает законность судебных постановлений по основаниям несоответствия выводов судов, установленным по делу обстоятельствам, нарушения норм процессуального и материального права.

В судебное заседание Третьего кассационного суда общей юрисдикции иные участвующие в деле лица не явились, о месте и времени судебного заседания были извещены надлежащим образом, сведения о движении жалобы размещены на сайте суда в сети «Интернет», в связи с чем, руководствуясь статьями 113, 3795 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив судебные постановления в пределах доводов кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 3796 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия Третьего кассационного суда общей юрисдикции приходит                 к следующему.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что ФИО1 в счет заключения договора купли-продажи машино-места от 18.10.2021 в кассу ответчика внесла денежные средства 2 250 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 3 от 25.11.2021 по основанию «Поступление по договору купли-продажи», дополнительно внесла ответчику 250 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 30.12.2021 по основанию «Договор купли-продажи машино-места № б/н от 18.10.2021». Вместе с тем, договор купли-продажи не заключен.

17.04.2023    ФИО1 в адрес ответчика направила досудебную претензию о возврате суммы неосновательного обогащения, в которой указывала, что договор купли-продажи машино-места между сторонами не заключен, паркинг в собственность не передан, в связи с чем ответчик неосновательно обогатился за счет истца, истец просил вернуть внесенные ответчику денежные средства в размере 2 500 000 руб.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ООО «Строй-Импульс» указал на отсутствие со стороны ответчика неосновательного обогащения, так как истцом на основании договора купли-продажи приобретено парковочное место у ФИО8, по которому истцом денежные средства по данному договору не оплачивались продавцу, а были перечислены ответчику, у которого на основании договора цессии, заключенного с ФИО8 возникло право требования денежных средств за парковочное место с ФИО1

ФИО8(ФИО2 лицо) в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции пояснил, что приобрел у ответчика 2 машино-места №-м/м                   и №м/м, однако, за 1 машино-место оплата им произведена не была.                    В счет оплаты по договору, ФИО8 произвел отчуждение машино-места, площадью 14,1 кв.м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург,                  <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, №-м/м, ФИО1 (истцу), на основании договора купли-продажи от 18.10.2021, однако, денежные средства за указанное машино-место ФИО8 от ФИО1 не получал в связи с тем, что было согласовано, что денежные средства ФИО1 оплатит ответчику. ФИО2 лицо пояснил, что, продав машино-место ФИО1, его обязательства перед ответчиком были исполнены              в полном объеме.

В обоснование позиции ответчиком представлены документы, согласно которым 02.08.2016 между ООО «Строй-Импульс» и ФИО8 заключен договор №-ДДУ-П участия в долевом строительстве, согласно которому застройщик обязуется в предусмотренный договором срок построить многоквартирный жилой дом со встроенной автоматической парковочной системой, после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию передать дольщику нежилое помещение в автоматической парковочной системе под №Б (адрес: Санкт-Петербург, <адрес>, лит. А), площадью 10,04 кв.м, (пункты 1.1 - 1.2 договора №-ДДУ-П участия                        в долевом строительстве от 02.08.2016). После завершения строительства данному машино-месту присвоен №-м/м (адрес, как следует из разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 03.04.2018    №, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1).

Также, был заключен договор №/м купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) между ООО «Строй-Импульс»                       и ФИО8, согласно которому продавец обязуется передать, а покупатель обязуется принять в собственность объект недвижимого имущества – машино-место, под которым понимается площадка для хранения автомобиля площадью 14,1 кв.м, расположенная по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, №-м/м (пункт 1.1 договора).

Из выписки из ЕГРП следует, что право собственности на машино-место, площадью 14,1 кв.м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, №-м/м зарегистрировано за ФИО8

18.10.2021 между ФИО2 лицом и истцом был заключен договор купли- продажи объекта недвижимого имущества (машино-места), согласно которому продавец обязуется передать, а покупатель обязуется принять                   в собственность объект недвижимого имущества - машино-места, под которым понимается площадка для хранения автомобиля площадью 14,1 кв.м., расположенная по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, №-м/м (пункт 1.1 договора).

В соответствии с п. 3.1 Договора стоимость объекта недвижимости устанавливается в размере 1 200 000 рублей.

По передаточному акту от 18.10.2021 ФИО8 передал истцу машино-место №-м/м, право собственности на машино-место №-м/м зарегистрировано 17.12.2021.

ФИО8 указывал, что он не получал от ФИО1 денежные средства по договору договор купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021, поскольку 20.10.2021 между ответчиком и ФИО2 лицом был заключен договор цессии №, согласно которому цедент (ФИО2 лицо) уступает в пользу цессионария (ответчика), а цессионарий принимает право (требование) цедента к ФИО1 (истец по настоящему делу) по договору купли-продажи недвижимого имущество (машино-места, под которым понимается площадка для хранения автомобиля общей площадью 14,1 кв.м, высотой 1 700 мм, расположенная по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня               №-м/м) от 18.10.2021, при этом право (требование) цедента переходит к цессионарию в момент подписания договора (пункты 1.1.1, 1.2 договора цессии №).

22.10.2021    между ответчиком и третьим лицом было заключено соглашение № № о взаимозачете, согласно которому стороны подтверждают, что у ответчика перед третьим лицом имеется долг в размере 1 200 000 рублей по договору цессии № № от 20.10.2021, также стороны подтверждают, что у ФИО2 лица перед ответчиком имеется долг                    в размере 1 200 000 рублей по договору №/м купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 21.10.2021, общей площадью 14,1 м2, расположенная по адресу: <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, №-м/м, кадастровый №.

ООО «Строй-Импульс» указывал, что по заданию истца ответчик принял на себя обязательство увеличить машино-место ФИО1 посредством демонтажа бетонных плит (фактически из трех «стандартных» мест было сделано два «увеличенных»), поскольку «стандартной» высоты парковочного места не хватало для размещения автомобиля с автобоксом на крыше. Сторонами была достигнута договоренность, что «увеличенное» за счет демонтажа бетонных плит машин-место стоит 2 250 000 рублей,                         а стоимость демонтажных работ ООО «Делком Сервис» составила 250 000 рублей.

Ответчик представил в материалы дела обращение в ООО «ДелКом Сервис» для производства последним работ по демонтажу, изменения числа машино-мест, на котором генеральным директором ООО «ДелКом Сервис» проставлено, что оно принято к исполнению, а также в подтверждение выполнение работ представлена исполнительная документация ООО «ДелКом Сервис»: договор № ДКС-СИ 02/21 от 25.11.2021, заключенный между ответчиком и ООО «ДелКом Сервис», согласно п. 1.1 и п. 2.1 которого ООО «ДелКом Сервис» принимает на себя обязательство выполнить работы по демонтажу плит и установке кронштейнов в механизированном автомобильном паркинге на объекте, расположенном по адресу: Санкт- Петербург, <адрес>, стр. 1, по цене 1 964 167 рублей,    заключение специалиста ООО «Делком Сервис», согласно выводам которого рыночная стоимость по состоянию на 30.12.2021 объекта: машино-место №-м/м                     в автоматической парковочной системе, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, стр. 1, антресоль 3 уровня, составляет 2 500 000 руб. Параметры объекта следующие: ширина - 2,45 м, длина - 5,5 м, высота ~ 2,5 м, площадь 14,1 кв.м, машино-место №-м/м                                     в автоматической парковочной системе, расположенной по адресу: Санкт- Петербург, <адрес>, стр. 1, работы, перечисленные в письме-задании подрядчику ООО «Делком Сервис» выполнялись. Стоимость фактически выполненных работ, перечисленных в письме-задании подрядчику ООО «ДелКом Сервис», составляет 1 964 167 рублей.

Суд первой инстанции, исходя из совокупности доказательств, имеющихся в материалах дела, пояснений ФИО2 лица о том, что денежных средств по договору от 18.10.2021 от ФИО1 он не получал, пришел                  к выводу о том, что истец не представил в нарушение положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации достаточных доказательств, свидетельствующих о прекращении обязательств истца по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021 перед ФИО2 лицом, в частности, в материалы дела не были представлены расписка ФИО2 лица о получении денежных средств по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021, выписка в банковского счета, подтверждающая перевод денежных средств с банковского счета истца на счет ФИО2 лица, чек, подтверждающий перевод денежных средств ФИО2 лицу или какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о перечислении денежных средств в счет исполнения обязательства истца по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021 или ином способе прекращения обязательств истца перед ФИО2 лицом, при этом стороной ответчика представлено доказательство исполнения ФИО2 лицом обязанности по договору цессии № - соглашение о взаимозачете № от 22.10.2021.

Доводы истца о том, что в передаточном акте от 18.10.2021, заключенном между истцом и ФИО2 лицом, расчеты с ФИО2 лицом уже полностью завершены, стороны подтверждают отсутствие у них каких-либо взаимных претензий по договору, в том числе финансовых (пункт 2), в связи с чем ответчик и ФИО2 лицо не могли заключить договор цессии                             №, обязательство истца перед ФИО2 лицом не могло перейти                к ответчику в связи с прекращением такого обязательства истца до заключения передаточного акта от 18.10.2021, судом первой инстанции отклонены.

Доводы истца о том, что в квитанциях ответчика отсутствуют ссылки на третье лицо, наименование договора, приведенное в квитанциях, не соответствует наименованию договора, заключенного между истцом                         и третьим лицом, уплаченная в пользу ответчика сумма более чем в 2 раза превышает стоимость приобретенного у третьего лица истцом машино-места, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 давала поручение ответчику на выполнение работ по расширению парковочного места также отклонены судом первой инстанции, поскольку наименование договоров в квитанциях совпадает с наименованием договора, заключенного между истцом и третьим лицом с учетом допустимых в деловом обороте сокращений, а само по себе отсутствие указания в квитанциях на третье лицо не свидетельствует о том, что указанные правовые отношения между сторонами не возникали.

Тот факт, что уплаченная в пользу ответчика сумма более чем в 2 раза превышает стоимость приобретенного истцом у третьего лица машино-места, был обоснован ответчиком тем, что ответчик по заказу истца выполнял работы по увеличению объема приобретенного ей машино-места, что подтверждено фактом обращения в подрядную организацию, заключением специалистов, в котором зафиксирован факт выполнения работ с машино-местом истца. Стоимость работ являлась рыночной, что подтверждается заключением специалистов.

Доказательств, опровергающих выводы специалистов, истцом                           в материалы дела в нарушение положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации не представлено.

Судом первой инстанции отклонены доводы истца о том, что                             в материалы дела не был представлен договор подряда на выполнение работ, акты приема-передачи выполненных работ, что свидетельствует о том, что истец не обращалась к ответчику с заявкой на выполнение работ, ввиду того, что ответчиком в материалы дела представлены доказательства (письмо- заявка на выполнение работ, договор с субподрядчиком на выполнение работ с объектом, принадлежащим истцу, заключение специалистов о выполнении работ на объекте, принадлежащим истцу) выполнения работ в пользу                       и в интересах истца по той стоимости, которую истец уплатила ответчику.

При этом, суд первой инстанции указал, что ответчик не оспаривал факт, того что письменного поручения на изменение параметров машино-место                   у них отсутствует, между тем, доказательств того, что истец пользуется стандартным машино-местом, истцом не представлено.

Доводы истца о том, что в настоящее время невозможно использовать машино-место, поскольку он не введен в эксплуатацию, судом первой инстанции также не приняты во внимание, поскольку в материалы дела представлено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 03.04.2018, в том числе и машино-места с 1 по 54.

Довод истца о том, что в договоре цессии № не содержится указания на конкретный вид уступаемого права, что свидетельствует                         о незаключенности договора, судом первой инстанции признан несостоятельным, поскольку предмет данного договора надлежащим образом определен в пункте 1.1.1, что свидетельствует о заключенности договора цессии №.

Суд первой инстанции при разрешении довода истца о ненадлежащем уведомлении об уступке права требования также указал на его необоснованность, так как согласно п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий, при этом отсутствие доказательств направления истцу уведомления о произошедшей цессии в порядке ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствует о том, что цессия между ответчиком и третьим лицом не состоялась.

Таким образом, оценив представленные сторонами в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, отраженной в п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Проверяя законность и обоснованность вынесенного решения, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходил из того, что на основании представленных доказательств, пояснений сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчиком от истца были получены денежные средства в счет исполнения обязательств истца по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021, требования к истцу по которому перешли от третьего лица к ответчику по договору цессии, а также в счет выполнения работ по проведению реконструкции принадлежащего истцу машино-места, то есть спорные денежные средства были перечислены истцом ответчику в рамках данного обязательственного правоотношения, их получение ответчиком основано на сделке, что не позволяет определить уплаченные истцом ответчику средства как неосновательное обогащение.

В качестве подтверждения наличия права ответчика на полученные от истца денежные средства в материалы дела представлен договор цессии                   №, согласно которому ответчику от третьего лица переходят права (требования) к истцу по заключенному между истцом и третьем лицом договором купли-продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 18.10.2021, при этом в обязательства сторон по договору №/м купли- продажи объекта недвижимого имущества (машино-места) от 21.10.2021 и по договору цессии № от 20.10.2021 прекратилось в связи взаимозачетом встречных требований по соглашению о взаимозачете                       № № 22.10.2021.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции исходил из того, что сам по себе факт внесения истцом ответчику денежных средств не может свидетельствовать о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Как установлено судом первой инстанции, истцом дважды были внесены денежные средства в кассу ответчика, что свидетельствует                          о добровольности и осознанности внесения денежных средств.

Добровольность перечисления денежных средств в значительном размере 2 500 000 рублей не свидетельствует о том, что истец предоставил денежные средства ответчику в отсутствие обязательства, что опровергает позицию истца.

Как верно указал суд первой инстанции, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истцу достоверно было известно о получателе денежных средств, об отсутствии обязанности по перечислению денежных средств и об отсутствии письменного обязательства по возврату ответчиком денежных средств, в связи с чем полученная ответчиком сумма в размере                       2 500 000 рублей не может расцениваться как неосновательное обогащение за счет истца.

Поскольку суд первой инстанции пришел к выводу об отказе                               в удовлетворении основного требования о взыскании неосновательного обогащения, то отказал и в удовлетворении производного требования                        о взыскании неустойки по правилам ст. 1107, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

    Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций и полагает, что вопреки доводам автора кассационной жалобы, выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных постановлений, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленными судами первой и апелляционной инстанций, и нормам материального права, регулирующим спорные отношения сторон.

    Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

    Из приведенной нормы закона следует, что обязательство из неосновательного обогащения возникает тогда, когда имеет место приобретение или сбережение имущества, которое произведено за счет другого лица, и это приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

    В связи с этим юридическое значение для квалификации правоотношений сторон как возникших вследствие неосновательного обогащения имеет отсутствие предусмотренных законом или договором оснований для приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца.

    Согласно статье 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации нормы о неосновательном обогащении субсидиарно применяются также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке, об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством и к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

    По смыслу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации неосновательное обогащение не подлежит возврату, если воля лица, передавшего денежные средства или иное имущество, была направлена на передачу денег или имущества в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без какого-либо встречного предоставления в дар, либо в целях благотворительности. При предъявлении иска о возврате неосновательного обогащения бремя доказывания наличия обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо того, что денежные средства или иное имущество получены правомерно и неосновательным обогащением не являются, возложено на приобретателя.

    Согласно разъяснениям, данным судам в п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г., по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

    Вопреки доводам кассационной жалобы судами установлено, что на стороне ответчика не возникло неосновательное обогащение, при этом выводы судов основаны на нормах материального права и представленных сторонами доказательствах.

    Доводы кассационной жалобы, направленные на иную правовую оценку правоотношений сторон и толкование норм права, подлежащих применению к правоотношениям сторон, являются субъективным мнением заявителя и основаниями к отмене судебных постановлений не являются.

    В силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

    Несогласие заявителя с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судом доказательств, с выводами суда, иная оценка имеющихся фактических обстоятельств дела, иное толкование положений законодательства не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для пересмотра судебного акта кассационным судом общей юрисдикции.

    С учетом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

    Руководствуясь статьями 3797, 390 и 3901 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга от 30 января 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 10 декабря 2024 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 28 апреля 2025 года.