ТРЕТИЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД

ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

    рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате государственной пошлины

    по кассационной жалобе ФИО2 на решение Московского районного суда г. Калининграда от 18 июля 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 4 декабря 2024 года.

Заслушав доклад судьи Осиповой Е.М., объяснения ФИО2 ФИО8, поддержавших доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1, указав, что до 2021 года истец являлся гражданином Республики Казахстан, до июля 2016 года проживал в г. Караганде совместно с супругой ФИО8 В 2012 году, зная, что он планирует переезд в РФ на постоянное место жительства, ответчик предложил ему переехать в Калининградскую область, для чего передать ему денежные средства для приобретения земельного участка                    и возведения на нем дома на две семьи - истца и ответчика, на что истец согласился. На основании достигнутой устной договоренности в период с 2012 года по 2016 год ФИО2 перечислил ФИО1 денежные средства, в том числе передавал наличные по приезду в г. Калининград. В 2013 году ответчик на полученные денежные средства приобрел на свое имя земельный участок с кадастровым номером № площадью 790 кв.м по адресу: г. Калининград, ул. Бронницкая, на котором начал строительство дома. В 2014 году ответчик получил от него денежные средства для приобретения второго участка по <адрес>, который также должен был перейти в собственность истца. На основании договора купли-продажи от 16.06.2014 ФИО1 приобрел земельный участок площадью 328 кв.м с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, для благоустройства территории жилого дома по <адрес>. Впоследствии 20.07.2018 земельный участок с кадастровым номером № был снят ответчиком с кадастрового учета в связи с объединением с земельным участком № и образованием нового участка с кадастровым номером № общей площадью 1118 кв.м. В дальнейшем на основании заявления ФИО1 земельный участок с кадастровым номером № был разделен на три участка с кадастровыми номерами №. Право собственности на указанные участки было зарегистрировано за ответчиком. Также 28.08.2015 за ответчиком было зарегистрировано право собственности на жилой дом, построенный в 2015 году, в том числе с использованием денежных средств истца, площадью 232,6 кв.м с кадастровым номером № Помимо этого, за ответчиком было зарегистрировано право собственности на хозяйственные постройки. Истец полагал, что в соответствии с достигнутой ранее договоренностью 1/2 доля в праве общей долевой собственности на построенный дом должна была быть зарегистрирована за ним. В 2016 году ФИО6 вместе с супругой переехал в г. Калининград и стал проживать в доме, построенном ФИО1 в том числе с использованием средств истца. Окончательные строительно-монтажные работы по возведению дома были завершены в 2017 году, и в этом же году на основании договора купли-продажи от 29.08.2017 истец передал ответчику денежную сумму в размере 1 500 000 руб., после чего предпринял попытку осуществить регистрацию своего права на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанный дом, однако не смог этого сделать ввиду отсутствия гражданства РФ. После получения такого гражданства РФ в 2021 году ответчик от исполнения ранее достигнутой договоренности отказался. В этой связи ФИО6 обратился в суд с иском о понуждении ФИО1 исполнить обязательства по договору купли-продажи от 29.08.2017. Решением Московского районного суда г. Калининграда от 08.12.2021 по гражданскому делу № 2-2815/2021 в удовлетворении таких требований было отказано. Впоследствии решением данного суда от 14.04.2023 по гражданскому делу № 2-290/2023 истцу также было отказано в удовлетворении требований о признании права общей долевой собственности на спорные объекты недвижимого имущества. ФИО7 указывал, что всего различными способами передал ответчику не менее 25 662 814, 11 руб., в том числе в иностранной валюте. На указанные денежные средства были приобретены жилые помещения по <адрес> в <адрес>: квартиры №№, 164 в <адрес>Б - за 1 000 000 руб. и 2 000 000 руб. соответственно квартиры №№, 26 в <адрес>А - за 1 300 000 руб. каждая. В связи с этим сумма полученных ФИО1 средств на строительство дома составила не менее 20 062 814, 11 руб., а поэтому на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение.

С учетом изложенного, а также с учетом того, что размер неосновательного обогащения в отношении сумм, перечисленных                                    в иностранной валюте, определен истцом исходя из официального курса на дату подачи иска, ФИО2 просил взыскать в свою пользу                             с ФИО1 неосновательное обогащение в размере 42 068 508, 57 руб., а также возмещение расходов по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 18 июля 2024 года, с учетом определения об исправлении описки от 12.09.2024, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от                   4 декабря 2024 года, в удовлетворении заявленных исковых требований было отказано.

В кассационной жалобе заявитель, повторяя доводы апелляционной жалобы, оспаривает законность судебных постановлений по основаниям несоответствия выводов судов, установленным по делу обстоятельствам, нарушения норм процессуального и материального права.

В судебное заседание Третьего кассационного суда общей юрисдикции иные участвующие в деле лица не явились, о месте и времени судебного заседания были извещены надлежащим образом, сведения о движении жалобы размещены на сайте суда в сети «Интернет», в связи с чем, руководствуясь статьями 113, 3795 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив судебные постановления в пределах доводов кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 3796 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия Третьего кассационного суда общей юрисдикции приходит                 к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в период с 2014 год по 2016 год ФИО2, его супруга ФИО8 и дочь ФИО9 переводили ФИО1 денежные средства                              в иностранной валюте, которые ответчик снимал со счетов.

Факт того, что полученные денежные средства были направлены на приобретение земельных участков и жилого дома по вышеуказанному адресу своего подтверждения не нашел, при этом установлено, что в этот период ФИО1 приобретал для ФИО10 квартиры в г. Калининграде и производил в них ремонт.

В ходе рассмотрения настоящего спора ФИО10 подтвердил факт приобретения для него ФИО1 квартир, осуществления, в них ремонта, покупки мебели и бытовой техники. Указал при этом, что после перечисления денежных средств ответчик путем переговоров посредством электронной видеосвязи подтверждал их получение. Впоследствии по мере расходования денежных средств отчитывался, с чем истец соглашался.

Приобретение ответчиком недвижимого имущества также подтверждается представленными договорами, а именно договором участия      в долевом строительстве от 11.12.2012, договором № 1-2-16 от 17.04.2015, договором от 07.07.2014 № 1/2/99 о внесении паевых взносов                                 и дополнительным соглашением к нему от 02.12.2014, договором участия                 в долевом строительстве от 29.08.2013.

Впоследствии указанное в договорах недвижимое имущество перешло                   в собственность ФИО2, что им не оспаривается.

Кроме того, в материалы дела № 2-290/2023 стороной ответчика были представлены копии кассовых и товарных чеков в подтверждение приобретения строительных материалов, а также договоры на выполнение строительных работ по внутренней отделке квартир, акты сдачи-приемки выполненных работ, договоры по приобретению и сборке мебели.

В ходе рассмотрения настоящего спора представителем ответчика также представлены оригиналы кассовых и товарных чеков в подтверждение таких расходов, однако по истечении времени такие документы оказались нечитаемыми, в связи с чем установить их содержание не представляется возможным.

Разрешая спор, установив изложенные обстоятельства, учитывая обстоятельства, установленные по ранее рассмотренным спорам, пришел к выводу о недоказанности истцом возникновения за его счет на стороне ответчика неосновательного обогащения в заявленном размере, поскольку счел, что полученные ответчиком от истца денежные средства по договоренности между ними были использованы на приобретение квартир, на их ремонт и обустройство.

Кроме того, суд признал пропуск истцом срока исковой давности,                      о применении которого было заявлено ответчиком, самостоятельным основанием к отказу в иске.

Проверяя законность и обоснованность вынесенного решения, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО1 не доказал фактический размер затраченных им денежных средств на приобретение, ремонт и обустройство квартир, суд апелляционной инстанции исходил из того, что указанные события имели место в период                 с 2012 года по 2016 год, результаты совершенных ответчиком в интересах истца действий, согласованных сторонами, ФИО2 фактически были приняты без каких-либо претензий, в том числе относительно наличия задолженности по полученным суммам. Напротив, как было указано самим ФИО2, о расходовании денежных средств ФИО1 перед ним отчитывался, и с такими отчетами истец соглашался.

В такой ситуации требования ФИО2 о предоставлении ответчиком по истечении 10 лет финансовых отчетов относительно сумм, затраченных на приобретение, ремонт и обустройство квартир, противоречит принципу добросовестности и по смыслу ст. 10 ГПК РФ является злоупотреблением правом.

Также суд апелляционной инстанции отметил, что заявленная истцом к взысканию с ответчика в настоящем споре сумма в большей своей части обусловлена разницей в курсе валют, установленном по состоянию на момент перечисления денежных средств и по состоянию на настоящее время. При этом обязательств, предусматривающих их исполнение в иностранной валюте, у ответчика перед истцом не возникло.

Также, суд апелляционной инстанции отметил, что стороны являются родственниками - ФИО1 приходится племянником ФИО2

Вступившим в законную силу решением Московского районного суда             г. Калининграда от 13.11.2023 (дело № 2-3336/2023) удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО8 о выселении из жилого помещения без предоставления иного жилого помещения - ФИО2 и ФИО8 выселены из жилого помещения по адресу:                <адрес>, без предоставления иного жилого помещения.

При разрешении указанного спора было установлено, что с 2016 года по 2022    год ФИО1 предоставлял ФИО2 и ФИО8 временное проживание с временной регистрацией в спорном доме. По истечении временной регистрации соглашение между сторонами о порядке пользования жилым помещением достигнуто не было, однако ответчики продолжали проживание, отказываясь добровольно выезжать.

После принятия судебного акта о выселении ФИО2 обратился       в суд с настоящим иском.

Кроме этого, отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 166, 167, 195, 196, 199, 200, 558 Гражданского кодекса РФ, постановлением от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», указал, что срок исковой давности по требованиям о взысканий неосновательного обогащения следует исчислять с момента передачи денег, которая состоялась в период с 2012 года по 2017 год. На момент предъявления иска 29.02.2024 трехлетний срок исковой давности истек, что является самостоятельным основанием                   к отказу в удовлетворении заявленных истцом требований.

Вступившим в законную силу решением Московского районного суда              г. Калининграда от 08.12.2021 (дело № 2-2815/2021) отказано                                в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1                о понуждении ФИО1 исполнить обязательства по договору купли-продажи 1/2 доли жилого дома от 29.08.2017 и осуществить действия по государственной регистрации перехода права собственности на 1/2 долю жилого дома с кадастровым номером № и 1/2 долю земельного участка с кадастровым номером № который существовал на момент заключения договора купли-продажи от 29.08.2017, расположенных по адресу: <адрес>; за истцом и ответчиком признано право собственности по 1/2 доле на земельный участок                               с кадастровым номером № по 1/2 доле на хозяйственные постройки с кадастровыми №

При разрешении указанного спора судом установлено, что 29.08.2017 между ФИО2 (покупателем), и ФИО1 (продавцом) был заключен договор купли-продажи 1/2 доли по вертикали в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 232,6 кв.м, по адресу: <адрес>, стоимостью 1 500 000 руб.

29.08.2017 ФИО6 и ФИО1 обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области с заявлениями о государственной регистрации перехода права долевой собственности на вышеуказанный жилой дом. Уведомлением регистрирующего органа от 06.09.2017 государственная регистрация перехода права долевой собственности на указанный объект недвижимости была приостановлена в виду того, что стороны не представили заявление на государственную регистрацию перехода права долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, на котором находится жилой дом. Кроме того, указано, что ФИО6 являлся гражданином республики Казахстан, то есть иностранным гражданином, который, согласно требованиям законодательства, не может обладать на праве собственности земельными участками, находящимися на приграничных территориях, в число которых входит МО ГО «Город Калининград».

Уведомлением от 05.12.2017 в государственной регистрации перехода права долевой собственности на жилой дом отказано; поскольку не устранены причины, препятствующие проведению государственной регистрации права.

Как указано судом, договор купли-продажи от 29.08.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО1, является ничтожной сделкой как нарушающий требования закона и при этом посягающий на публичные интересы.

О ничтожности договора купли-продажи от 29.08.2017 ФИО2 было известно с момента отказа 05.12.2017 в государственной регистрации перехода права собственности на указанный в договоре объект недвижимости, в том числе по мотиву отсутствия у ФИО2 гражданства Российской Федерации и невозможности приобретения в этой связи права собственности на земельный участок.

Тем самым договор купли-продажи от 29.08.2017 не являлся заключенным, и ФИО2 мог потребовать от ФИО1 возврата полученного последним по данной сделке. Однако с такими требованиями истец к ответчику не обращался.

Суд апелляционной инстанции указал, что само по себе последующее обращение ФИО2 в суд с иском о понуждении ФИО1 к исполнению ничтожной сделки и принятие судом 08.12.2021 решения об отказе в удовлетворении указанных требований порядок истечения срока исковой давности не изменяет, поскольку уже с 05.12.2017 истец должен был узнать о нарушении своего права.

Суждения заявителя о возможности исполнения договора от 29.08.2017 после приобретения им гражданства РФ на законе не основаны, учитывая, что ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения                             и юридических последствий не порождает.

    Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций и полагает, что вопреки доводам автора кассационной жалобы, выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных постановлений, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленными судами первой и апелляционной инстанций, и нормам материального права, регулирующим спорные отношения сторон.

    Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

    Из приведенной нормы закона следует, что обязательство из неосновательного обогащения возникает тогда, когда имеет место приобретение или сбережение имущества, которое произведено за счет другого лица, и это приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

    В связи с этим юридическое значение для квалификации правоотношений сторон как возникших вследствие неосновательного обогащения имеет отсутствие предусмотренных законом или договором оснований для приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца.

    Согласно статье 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации нормы о неосновательном обогащении субсидиарно применяются также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке, об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством и к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

    По смыслу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации неосновательное обогащение не подлежит возврату, если воля лица, передавшего денежные средства или иное имущество, была направлена на передачу денег или имущества в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без какого-либо встречного предоставления в дар, либо в целях благотворительности. При предъявлении иска о возврате неосновательного обогащения бремя доказывания наличия обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо того, что денежные средства или иное имущество получены правомерно и неосновательным обогащением не являются, возложено на приобретателя.

    Согласно разъяснениям, данным судам в п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г., по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

    Вопреки доводам кассационной жалобы судами установлено, что на стороне ответчика не возникло неосновательное обогащение, при этом выводы судов основаны на нормах материального права и представленных сторонами доказательствах.

    Доводы кассационной жалобы, направленные на иную правовую оценку правоотношений сторон и толкование норм права, подлежащих применению к правоотношениям сторон, являются субъективным мнением заявителя и основаниями к отмене судебных постановлений не являются.

    В силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

    Несогласие заявителя с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судом доказательств, с выводами суда, иная оценка имеющихся фактических обстоятельств дела, иное толкование положений законодательства не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для пересмотра судебного акта кассационным судом общей юрисдикции.

    С учетом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

    Руководствуясь статьями 3797, 390 и 3901 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Московского районного суда г. Калининграда от 18 июля 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 4 декабря 2024 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи